На главную
Написать

25.10.2010

 

Пройдет совсем немного времени, и сериал о ведьме Магдалине можно будет не только читать, но и смотреть. Снять телесериал по мотивам книг Каролины КЛИНТОН взялась Марина ЛОПАТЕНОК, Директор украинской гильдии кинопродюсеров.

«Мы начали переговоры об экранизации книг около года назад, - сообщает Каролина, - и в данный момент мы приступили к активной работе над этим проектом. Очень радует то, что с Мариной у нас полное взаимопонимание, мы очень легко решаем все возникающие вопросы, и я думаю, что сам сериал, плод нашей совместной работы, получится просто потрясающим. Уверенность мне в этом дает и тот факт, что...

 

 

06.11.2009 Lux Aeterna ?

Позади – много встреч и бесед с музыкантами, несколько рассказов-разминок, победа в конкурсе «Музыка, которая вдохновляет»… Сегодня Каролина Клинтон готова рассказать о своих творческих планах, и о книге,над которой работает.

«Действительно, я целый год изучала изнанку мира музыкантов и их фанов, пропитывалась инсайдом, вникала в психологию, отстраивала персонажей и сюжет. Я писала рассказы на эту тему, выкристаллизовывая свои ощущения и отчасти – проигрывая возможные варианты моей будущей истории.  И вот теперь я могу сообщить, что я работаю над новой книгой. Вернее, это трилогия, "Дневники Мечты". Я глубоко уверена в том, что талантливая музыка – это чудо, которое способно освещать и изменять души, ...

Фрагмент книги

Люди упивались возможностью сгрузить все проблемы на новоявленного козла отпущения, они выходили за ограды и надвигались на меня. И тут я вдруг почуяла свежий и нежный запах озона.
Запах колдовства.
Я не физик и не cмогу объяснить, отчего при работе с магией воздух становится — словно только что прошел дождь. И я окунулась в этот запах, словно в горный ручей, текущий от снежной Фудзиямы. И потекла по моим жилам хрустальная вода с розовыми лепестками сакуры на поверхности, слегка пахнущая духами «Вода» от японца Кензо. На меня напало дремотное состояние, и мне стало без разницы что около меня — беснующаяся толпа.
Куцый умишко вдруг взбунтовался, утверждая что уже месяц, как снег на Фудзияме растоплен нежными лучами Восходящего солнца. И следующего снега, а также ручьев и всего прочего ждать не меньше пары — тройки месяцев.
Почти равнодушно я с трудом повернула заледеневшее тело на восток и увидела мадам Грицацуеву. Звали ее конечно не так, родители назвали ее Клавдией, а фамилию у нас не спрашивают, однако на сию небезызвестную даму она походила как родная сестра — близнец. Была она ведьмой средней руки, но при этом — стопроцентно черной.
На периферии сознания я удивилась — за что она меня так? Мы же не ругались. Но действовала она при грамотно и тщательно. Я автоматически считала с людей слои заклинаний. Сначала на доверие — так, она распускала про меня жуткие слухи. Потом — имплант моего образа в каждой душе. И третье заклятье – черная ненависть.
Умно. Толпа — слепое и жестокое существо.
Гомон не умолкал — он становился громче и громче. Я задыхалась от этой ненависти. Я оборачивалась, смотрела в лица людей и меня корежило, меня ломало от их свирепости.
Я снова отстраненным взглядом посмотрела на Грицацуеву и поняла — живой она меня выпустить не планирует. Дама плела сложные руны заклинания Жажды Крови.
«Сейчас они сложат костер и меня сожгут», — отстраненно подумала я. Круг людских тел, охваченный безумием, сужался
И тут толпу прорезала куча поддатых мужиков с вилами. И я поняла. Меня не сожгут. Меня сейчас просто заколют этими вилами, как бешеного пса, к которому опасно прикоснуться. Безумие селян достигло предела.
… А лепестки сакуры — нежнейшие розовые лепестки падали на хрусталь воды, когда парк Фудзи-Хаконе‑Ицзу основательно встряхнуло, нарушая прозрачное спокойствие, подобное смерти.
В Японии часты землетрясения, как сказал наш отчаянно косящий под англичанина гид сразу по прибытии, улыбчивый узкоглазый абориген в английских очочках, английском костюме и с безупречным английским, с головой выдававшего, что он родился никак не в Англии.
И я встряхнулась вместе с колебаниями земли. Вопреки наложенному на меня заклятию оцепенения мне до смерти захотелось жить. С трудом преодолевая оцепенение, я вскинула руки и застонала от невероятной боли.
В теле поднялась знакомая волна силы, замешанная на обжигающе холодной, талой снежной воде Фудзиямы. Она застряла рвущимся наружу комком где — то в горле и я хлестнула ей в разные стороны. Те, кого прикоснулась сила, остановились. Те, кто потом прикоснулся к ним, заморозились тоже. Шла цепная реакция.
Я присела на корточки, загребла руками полные горсти дорожной пыли и слегка на нее подула.
За далекими далями на острове буяне лежит камень Алатырь, под ним лежит моя печаль , — шепнула я, доверчиво и нежно, почти касаясь губами пыли, словно губ любимого. Тоненькая струйка песка завихрилась от моего дыхания наверху холмика в моих руках.
Плачет моя печаль — обида, надрывается, к тем, кто меня обидел, рвется — плачется , — чуть громче произнесла я, и вихрь в моих руках набрал силу, потянулся ниточкой к замершей толпе.

Новая книга

Цитата

Я стал литератором потому, что автор редко встречается со своими клиентами и не должен прилично одеваться.

 

Б. Шоу

 

Цитата

На главную | Форум | Гостевая | Контакты
© 2008. „Caroline Clinton”     Разработка: студия „Автограф